Что можно проносить в сизо адвокату

В этой статье юрист Евгения Санарова отвечает на вопрос «Что можно проносить в сизо адвокату?»

Защитникам разрешили посещать следственный изолятор с ноутбуком, но они не могут им пользоваться при проведении следственных действий

Отныне уголовным адвокатам разрешается приходить в следственные изоляторы с компьютерами и фотоаппатурой. Новый закон, вступивший в силу 1 мая, регулирует порядок проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений со своими адвокатами. Приморские юристы в своих комментариях пессимистичны – новый закон, по их мнению, ограничивает права адвокатов и их подзащитных и, по сути, ничего не изменит.

Ранее правила посещения адвокатами следственных изоляторов регулировались ведомственными нормативными актами. Вместе с тем Конституционный суд РФ признал в 2001 году такой порядок неконституционным, в связи с чем и потребовались новые изменения в действующее законодательство.

Закон, в частности, запрещает адвокату проносить на территорию СИЗО и пользоваться во время свидания без разрешения руководства изолятора мобильным телефоном, а также видеокамерой или диктофоном.

Пронос в СИЗО компьютеров, а также копировально-множительной техники и фотоаппаратуры может осуществляться исключительно для снятия копий с материалов уголовного дела. При этом пользоваться техникой разрешается только в отсутствие подозреваемого и в отдельном помещении, определенном администрацией СИЗО.

Учтено предложение Совета Федерации, касающееся компенсации адвокату расходов на платные услуги по копированию материалов уголовного дела. Согласно новому закону, расходы на оказание юридической помощи по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда будут осуществляться за счет средств федерального бюджета.

Использование диктофона при проведении следственных действий в следственных изоляторах позволило бы гарантировать, что поведение следователя будет более корректным и он будет точнее отражать все, что говорит подследственный при проведении следственных действий (например, очных ставок), а не излагать “своими словами”.

Более того, считаю, что запрет проносить на территорию места содержания под стражей телефонов ограничивает права адвоката как гражданина. Также бесполезным считаю дополнение, которое якобы смогли пролоббировать адвокаты относительно компьютера.

Если нет возможности пользоваться компьютером при проведении следственных действий, то зачем еще он может быть нужен адвокату “в отдельном помещении в отсутствие подзащитного”? В игрушки что ли играть?

Так что право пользоваться компьютером при выполнении адвокатами своих профессиональных и процессуальных обязанностей фактически не предоставлено”, – полагает Оксана Колесникова.

“На протяжении многих лет адвокаты боролись за право беспрепятственно иметь свидания со своими подзащитными, содержащимися в СИЗО, и при этом пользоваться техническими средствами, – рассказывает адвокат Оксана Мицкус – Нам чинили препятствия, ссылаясь на “Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы”, которые запрещали проносить в СИЗО технические средства без разрешения руководства. Вместе с тем Конституционный суд РФ признал в 2001 году такой порядок неконституционным, в связи с чем, и потребовались новые изменения в действующее законодательство. Собственно говоря, та ведомственная инструкция, которой регулировались вопросы свиданий адвоката с подозреваемыми и обвиняемыми, введена в ранг закона.

Я считаю, что это очередная попытка ограничить права адвокатов и их подзащитных.

Согласно поправкам, защитнику запрещается проносить на территорию места содержания под стражей технические средства связи, а также устройства, позволяющие осуществлять киносъемку, аудио- и видеозапись. На территорию СИЗО защитник вправе проносить копировально-множительную технику и фотоаппаратуру только для снятия копий с материалов уголовного дела и пользоваться всем этим только в отсутствие подозреваемого, обвиняемого в отдельном помещении, определенном администрацией следственного изолятора. Получается, что в СИЗО фотоаппарат адвокат пронесет, а вот потом его попросят оставить в “специальном помещении” и пройти в комнату для свиданий, но уже без фотокамеры. Потом клиента уведут, и адвокат вернется в это “специальное помещение”, в котором может делать с фотокамерой все, что душе угодно. А смысл этого? За воротами СИЗО есть более комфортные помещения, где можно использовать фотоаппарат. Но дело не только в этом.

Фотоаппараты, например, полезны не только при копировании материалов дела. Не секрет, что нередко подзащитного приводят на свидание с адвокатом со следами явных телесных повреждений. Если же адвокат попытается, скажем, сфотографировать клиента, то нарушит закон. Судя по всему, такая мера профилактической защиты от применения пыточных методов следствия кому-то очень не нравится.

По-видимому, фиксация защитниками незаконных действий в отношении подзащитных представляет для следствия угрозу. А что касается различных “запретных плодов”, то их арестанты чаще всего получают по другим каналам. Вряд ли новые правила полностью перекроют каналы тюремной контрабанды. Ведь запрещенные телефоны доставляют арестантам не только и не столько адвокаты.

В современных условиях, когда уголовные дела насчитывают десятки и даже сотни томов, а количество нормативных актов растет ежедневно, защитнику просто невозможно обойтись без адвокатских досье в электронном виде. Направляясь на свидание со своим клиентом, я должна иметь под рукой материалы дела для того, чтобы готовиться к защите. И что же мне предлагает законодатель? Сложить в тележку многотомное дело, несколько книг и идти на встречу с подзащитным, когда можно нести один полуторакилограммовый ноутбук, в котором все это заложено”, – заключает Оксана Мицкус.

Читайте также:  Может ли свидетель прийти в суд с адвокатом

“Совершенно не понимаю, почему в отношении этого закона столько оптимистических комментариев, ведь по существу закон не расширил, а ограничил права адвокатов по сравнению с сегодняшним днем, – считает адвокат Борис Любарский, зам. председателя коллегии адвокатов.

– Дело в том, что Постановлением Конституционного суда РФ от 25.10.2001 года, то есть 10 лет назад, права адвокатов при посещении следственных изоляторов были значительно расширены. Мы стали пользоваться правом беспрепятственно проходить в следственный изолятор, оказывать квалифицированную юридическую помощь подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений и т.д. Более того, нам было разрешено проносить в СИЗО и пользоваться телефонными аппаратами. После вступления нового закона в силу, этого права нас лишат. А наделение защитников правом проносить на территорию СИЗО копировально-множительную технику и фотоаппаратуру ничего мне как адвокату не дает, тем более этим правом я могу пользоваться только в отсутствии подозреваемого, обвиняемого в отдельном помещении (и зачем, спрашивается, мне без обвиняемого эта техника?).

Общее впечатление от нового закона: фасад подкрасили, а здание как было ветхим, так и осталось”.

10 ноября 2017 года Верховный Суд РФ признал, что пункт 77 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений № 295 от 16 декабря 2016 года, а также частично пункт 17 приложения № 1 к данным Правилам противоречат действующему законодательству, а, значит, подлежат отмене. В данном пункте ранее устанавливался запрет проноса адвокатом на свидание с осужденным в колонию (следственный изолятор) разнообразной техники — фото- и видеокамер, диктофонов, компьютеров, мобильных телефонов, накопителей информации и прочего коммуникационного оборудования и комплектующих к нему.

Правда, речь идет только об адвокатах — остальным физлицам, собирающимся на свидание адвоката с осужденным, данную технику проносить по-прежнему запрещено.

Почему же Верховный Суд встал на сторону адвокатов и осужденных?

  1. Исходя из ч.1 ст.48 Конституции РФ, физлицам гарантируется право на получение грамотной правовой помощи.
  2. Исходя из ч.1 ст.16, п.11 ч.1 ст.53, п.1 ч.3 ст.86 УПК РФ, элементом права на получение квалифицированной правовой помощи является не только предоставление обвиняемому возможности личного взаимодействия с защитником, но и возможность последнего оказывать качественную помощь не запрещенными средствами. Учитывая, что все адвокаты для обеспечения своей работы пользуются техническими средствами, лишать их этой возможности нельзя.
  3. Ч.4 ст.89 УИК РФ не устанавливает запрет проноса на свидание адвоката с осужденным в исправительную колонию технических средств.
  4. Еще в 2001 году Конституционный Суд РФ указал, что порядок доступа адвоката к подзащитному должен регулироваться федеральным законодательством, а не ведомственными актами.

Минюст РФ и Генпрокуратура РФ подали на решение Верховного Суда РФ апелляционную жалобу, однако она осталась без удовлетворения. В апелляционном определении от 6 февраля 2018 года № АПЛ17-529 Верховный Суд РФ подтвердил, что на свидании адвоката с осужденным могут использоваться различные технические устройства, и сотрудники исправительных учреждений не вправе их изымать.

Напомним, что ранее Верховный Суд отменил пункты 76 и 80 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений № 205, которые действовали до 2016 года. Фактически этим Суд снял запрет на пронос адвокатами в исправительные учреждения фотоаппаратов и диктофонов. Но в новых Правилах запрет остался на своем месте.

Также стоит отметить, что ВС РФ оставил без удовлетворение просьбу заявителя обязать Минюст устранить образовавшиеся пробелы в законодательстве. По мнению суда, никакого пробела нет — вопрос проноса на свидание с осужденным техники уже решен во многих законах.

Технические средства на свидании адвоката с осужденным играют огромную роль. Во-первых, они позволяют ознакомить самого осужденного с материалами дела, собранными доказательствами, узнать его мнение относительно каких-либо вопросов, зафиксировать показания. Во-вторых, технические средства могут использоваться для фиксации состояния осуждения, в частности, состояния его здоровья. Одним словом, использование техсредств способно облегчить работу защитника, сделать процесс оказания юридической помощи более качественным и четким.

С другой стороны, ранее руководство исправительных учреждений часто изымало оборудование перед свиданием адвоката и осужденного, руководствуясь отмененным пунктом Правил, — об этом свидетельствует многочисленное число жалоб в суды и прокуратуру от защитников. По информации уголовных адвокатов, в 90 % случаев при посещении колоний защитникам приходилось оставлять телефоны, диктофоны и фотоаппараты. Многие адвокаты из-за нехватки времени не обжаловали данные действия сотрудников исправительной колонии, предпочитая подчиняться внутренним правилам.

Следует также отметить, что для практикующих адвокатов более актуальной является проблема проноса и использования технических средств на свидания с подзащитными, заключённым под стражу и содержащимся в следственном изоляторе. Между тем, Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, пункт 77 которых признан Верховным судом РФ подлежащим отмене, распространяются на следственные изоляторы только в отношении находящихся там осуждённых, то есть лиц, в отношении которых вынесен и вступил в силу приговор суда. Свидания же адвоката с находящимися под стражей в СИЗО обвиняемыми и подозреваемыми регламентируются иным документом, а именно Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, которые Верховным судом РФ не рассматривались.

Читайте также:  Можно ли отказаться от показаний данных при адвокате

Эти Правила хоть и не содержат прямого запрета на пронос технических средств адвокатами (такой запрет содержится только в отношении родственников и иных лиц), однако в них ничего не говорится и о праве адвокатов на пронос таких технических средств, в отличие от тех же нотариусов. Данное обстоятельство и будет использоваться администрациями следственных изоляторов для запрета адвокатам проносить технические средства на свидания с заключёнными под стражу клиентами.

Также не стоит переоценивать решение Верховного суда РФ в свете того, что многие либеральные изменения уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного законодательства зачастую обречены оставаться лишь благими пожеланиями на бумаге, — практика их не воспринимает, а органы расследования и администрация СИЗО постоянно придумывают новые обходные пути с тем, чтобы не исполнять обязательные к исполнению предписания. Так, несмотря на целый ряд решений высших судебных органов России, а также внесение однозначных и не предусматривающих иного толкования изменений в УПК РФ, согласно которым адвокат должен быть допущен на свидание с заключённым под стражу подзащитным исключительно на основании удостоверения и ордера, адвокаты по-прежнему не допускаются на свидания с подзащитными без предварительного получения разрешающего документа от органов расследования или суда, при этом изменение названия и формулировок этого документа не меняют его сути как разрешения на свидание (ранее такой документ именовался разрешением, сейчас он оформляется в виде уведомления и т.п.)

Изменить сложившуюся порочную и не соответствующую действующему законодательству практику можно только путём методичного и постоянного обжалования адвокатами в суд незаконных решений администрации СИЗО о недопуске адвокатов к подзащитному на основании ордера, о недопуске проноса адвокатом на свидания с заключённым под стражу технических средств. Суды вынуждены по таким жалобам принимать законные решения в пользу адвокатов (если не в первой инстанции, то хотя бы в апелляции), что в силу потери времени не имеет практической пользы по конкретным делам, но обязательно даст результаты в виде изменения незаконной практики и поможет каждому из нас в будущем.

О праве адвоката проходить в СИЗО с мобильным телефоном и диктофоном
ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 29 января 2008 г. N КАС07-730
Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего: Федина А.И.
членов коллегии: Манохиной Г.В., Зелепукина А.Н.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Ш. о признании частично недействующим пункта 146 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 г. N 189
по кассационным жалобам прокурора Генеральной прокуратуры Томилова Д.Д. и Министерства юстиции Российской Федерации на решение Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 2007 года, которым заявление удовлетворено.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Манохиной Г.В., объяснения прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Томилова Д.Д., представителя Министерства юстиции Российской Федерации Герасимова А.Е., поддержавших доводы кассационных жалоб, Ш., возражавшего против доводов кассационных жалоб, Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации
установила:
приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 г. N 189 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, согласованные с Генеральной прокуратурой Российской Федерации (далее – Правила). Названный нормативный правовой акт согласован с Генеральной прокуратурой Российской Федерации, зарегистрирован 8 ноября 2005 г., регистрационный номер 7139 и опубликован в «Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти» N 46, 14 ноября 2005 г.
Пунктом 146 Правил установлено, что получившим разрешения на свидания с подозреваемыми или обвиняемыми, запрещается проносить в СИЗО и пользоваться во время свидания техническими средствами связи, компьютерами, кино-, фото-, аудио-, видео- и множительной аппаратурой без разрешения начальника СИЗО или лица, его замещающего.
Ш. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением, в котором просит признать незаконным пункт 146 Правил в части, препятствующей защитнику пользоваться при свидании с обвиняемым в следственном изоляторе личным диктофоном и мобильным телефоном. В подтверждение требования указал, что оспариваемые им положения не соответствуют Федеральному закону «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и нарушают его права на оказание правовой помощи обвиняемому в совершении уголовного преступления.
Представители Министерства юстиции Российской Федерации и Генеральной прокуратуры Российской Федерации с заявлением Ш. не согласились, указав, что оспариваемые положения соответствуют действующему законодательству.
Решением Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 2007 года заявление Ш. удовлетворено. Признан недействующим пункт 146 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 года N 189, в части установления порядка проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с защитником, с момента вступления решения суда в законную силу.
В кассационных жалобах прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации – Томилова Д.Д. и Министерства юстиции Российской Федерации поставлен вопрос об отмене судебного решения и принятии нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований. Полагают, что оспариваемые заявителем положения нормативного правового акта соответствуют действующему законодательству, а запрет на пронос и использование технических средств во время свидания с обвиняемым не регулирует порядок проведения свиданий адвоката с подзащитным и не может быть препятствием осуществления права на защиту лиц, заключенных под стражу. В данном случае оспариваемые нормы не ограничивают права адвокатов на оказание юридической помощи, поскольку использование технических средств возможно при наличии разрешения начальника следственного изолятора или его заместителя.
Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, не находит оснований к отмене решения суда по следующим основаниям.
В соответствии с частью 2 статьи 253 ГПК РФ установив, что оспариваемый нормативный правовой акт или его часть противоречит федеральному закону либо другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, суд, признает нормативный правовой акт недействующим полностью или в части со дня его принятия или иного указанного судом времени.
Суд первой инстанции на основании надлежащего анализа содержания пункта 146 Правил, обоснованно признал данную норму, в части установления порядка проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с защитником недействующей, поскольку закрепленное в ней правило ограничивает права защитника на свидание и оказание квалифицированной юридической помощи подозреваемым и обвиняемым, находящимся под стражей.
В соответствии со статьей 15 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.
В силу статьи 16 названного Федерального закона в целях обеспечения режима в местах содержания под стражей Министерством юстиции Российской Федерации, Министерством внутренних дел Российской Федерации, Федеральной службой безопасности Российской Федерации, Министерством обороны Российской Федерации по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.
Пункт 15 части второй приведенной статьи предусматривает, что порядок проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с лицами, перечисленными в статье 18 настоящего Федерального закона, устанавливается Правилами внутреннего распорядка.
Судом установлено, что Положение пункта 146 Правил распространяется на адвокатов (защитников) и устанавливает ограничение на оказание правовой помощи подозреваемым и обвиняемым. Установление такого правила ставит в зависимость от усмотрения начальника СИЗО или лица, его замещающего, возможность свиданий подозреваемого и обвиняемого с защитником.
Признавая оспоренное заявителям положение пункта 146 Правил недействующим, суд первой инстанции обоснованно руководствовался нормами Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и правовыми позициями, изложенными в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 25 октября 2001 года N 14-П, и пришел к правильному выводу о том, что порядок проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с адвокатом, участвующим в деле в качестве защитника, устанавливаемый нормативными актами Министерства юстиции Российской Федерации, иных министерств и ведомств, вышеназванным требованиям не удовлетворяет, поскольку позволяет осуществлять регулирование (и, следовательно, создает возможность ограничения) ведомственными нормативными актами существенных элементов конституционного права пользоваться помощью адвоката (защитника), которые подлежат регулированию непосредственно в уголовно-процессуальном законе.
Довод кассационных жалоб о том, что положение оспариваемого пункта Правил не регулирует порядок проведения свиданий, в данном случае устанавливается ограничение на пронос запрещенных к использованию в СИЗО предметов, посредством которых возможно влияние на ход следствия и судебного разбирательства, и данное ограничение не является препятствием к осуществлению права адвоката (защитника) на оказание юридической помощи, не может служить поводом к отмене судебного решения, поскольку нормативные правовые акты ниже уровня федерального закона, определяя процедуру реализации указанного права, не могут ограничивать выполнение адвокатом процессуальных обязанностей защитника обстоятельствами, не перечисленными в законе.
Решение суда первой инстанции принято с соблюдением норм процессуального права и при правильном применении норм материального права, предусмотренных ст. 362 ГПК РФ оснований для его отмены в кассационном порядке не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 360, 361, 366 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации.
Руководствуясь ст. ст. 360, 361 Гражданского процессуального кодекса РФ, Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации
определила:
решение Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 2007 года оставить без изменения, кассационные жалобы прокурора Генеральной прокуратуры Томилова Д.Д. и Министерства юстиции Российской Федерации – без удовлетворения.

Читайте также:  Может ли адвокат вернуть водительские права

Члены коллегии
Г.В.МАНОХИНА
А.Н.ЗЕЛЕПУКИН

Читайте также:
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...
Adblock
detector