Что может говорить адвокат в прениях

В этой статье юрист Евгения Санарова отвечает на вопрос «Что может говорить адвокат в прениях?»

Что говорить в апелляции? Такой вопрос ставит перед собой каждый, кому предстоит участвовать в рассмотрении судом апелляционной жалобы. Сегодня рассмотрим случай, когда в суде рассматривается апелляционная жалоба по уголовному делу.

Адвокат в Москве +7-926-528-65-20

Подробно о том, как написать апелляционную жалобу по уголовному делу, я уже рассказывал не раз и очень подробно. Сегодня привожу образец выступления в Мосгорсуде при рассмотрении апелляционной жалобы.

Обычно я готовлю текст выступления письменно, а суд по моему ходатайству его приобщает к материалам дела. При этом надо понимать, что мало просто зачитать ранее заготовленный текст — надо оперативно отреагировать на ситуацию по делу, на то, что скажет в прениях прокурор. Разумеется, бесполезно и просто переписать предложенный мною вариант выступления. В данном конкретном деле надо было говорить примерно так, в другом деле — иначе. То есть, предлагаемый ниже образец — это лишь пособие, пример для самостоятельного творчества.

Если же требуется помощь адвоката — обращайтесь. Постараюсь помочь, а если занят сам, то рекомендую одного из партнеров, специализирующегося или хорошо разбирающегося в нужной вам категории дел.

Итак, образец выступления в прениях апелляции.

В Судебную коллегию по уголовным делам Московского городского суда

от адвоката Голубева В.В.

в интересах подзащитного ***и Н.М.

В обосновании своего вывода о квалификации действий осужденного как деяния, совершенного организованной группой, суд сослался на то, что ***а действовал в составе организованной группы, так как, якобы имеют место все ее признаки.

УКАЗЫВАЮТСЯ ОСТАЛЬНЫЕ ДОВОДЫ СО ССЫЛКАМИ НА ЛИСТЫ ДЕЛА

Таким образом, поскольку в обжалуемом приговоре не представлены доказательства, бесспорно подтверждающие наличие устойчивой группы осужденного и установленных и неустановленных следствием лиц, не установлено наличия в группе строгой дисциплины и т.п., то в соответствии с положениями ст. 14 УПК РФ все неустранимые сомнения в виновности обвиняемого толкуются в его пользу.
Изложенное свидетельствует об ошибочности выводов суда о том, что ***а совершил преступление в составе организованной группы.
При таких обстоятельствах из приговора подлежит исключению указание суда на совершение им преступления в составе организованной группы и надлежит указать, что осужденный совершил преступление группой лиц по предварительному сговору. Соответственно, должен быть снижен и размер назначенного *** наказания.

Адвокат ___________ В.В. Голубев
(8-926-528-65-20)
________2018 г.

Для отправки комментария вам необходимо авторизоваться.

Адвокат в прениях сторон.

Уголовное и гражданское судопроизводство.

Прения сторон, пожалуй, самая главная и ответственная часть выступления адвоката в судебном заседании. Независимо, в каком процессе состоятся прения адвоката, в гражданском или уголовном процессе, готовится к ним необходимо очень тщательно и кропотливо.

В основном перед тем как выступить в прениях, в процессе появляются новые факты и доказательства не известные сторонам на первых этапах судебного заседания. Невозможно предугадать показания свидетелей, появление новых доказательств, выступление специалистов и выводов судебных экспертиз. Умелое лавирование исследованными доказательствами, адвокат по уголовным дела, в прениях должен убедить суд, почему именно представленные им доказательства невиновности его подзащитного убедительнее обвинительного заключения прокурора. Почему те или иные доказательства не имеют относимости и по сути являются недопустимыми. Представленные в прениях доводы должны быть логически последовательны в своих умозаключениях, легко воспринимаемые на слух как судом, прокурором, так и другими участниками процесса.

Читайте также:  Можно ли забрать дело у адвоката

Достаточно сказать – выступление в прениях это полная импровизация речи, наполненная содержательным толковым разъяснением позиции адвоката и его подзащитного.
Как уже было сказано выше, адвокат выходит выступать чаще всего с подготовленными тезисами, которые направленны на акцент главных событий и которые в процессе выступления адвоката приобретают свое яркое и главное убедительное содержание.
Большие знатоки прений рекомендуют адвокатам заранее вести записи вопросов, на которые необходимо самому и ответить, при этом обращаясь к суду. Могу только заверить, что нельзя предугадать, что может произойти до выступлений адвоката в прениях по основному уголовному делу (например, истечение срока исковой, давности, отказ прокурора от обвинения), но серьезно к ним готовиться нужно.
Всытупление в прениях может быть полной неожиданностью как для адвоката, так и для его доверителя, подзащитного. Процесс уголовного судопроизводства полная непредвиденная «полоса препятствия» и к концу судебного заседания возникают вопросы доверителя к своему адвокату по тем или иным вопросам спора.
На первых этапах доверитель вроде как бы понимает адвоката, однако на завершении дела, происходит обратное. В связи с этими обстоятельствами необходимо делать корректировку выступления в ту или иную сторону, однако не во вред «общему делу». Опытные адвокаты порою просто не советуют своему доверителю выступать в прениях, а отвечать суду, что полностью поддерживают выступления своего адвоката. Это только не касается последнего слова обвиняемого в уголовном судопроизводстве.

Необходимость корректировки выступления в прениях может стать обязательной и в том случае, если суд выслушав участников судебного разбирательства с учетом появления новых доказательств, возобновляет уголовный или гражданский процесс. В таком случае появляются новые никому не известные доказательства которые требуют дополнительного изучения и анализа. Трудность заключается в том, что суд может ограничить адвоката в подготовке к выступлению по новым обстоятельствам и тогда, за недостаточностью времени для подготовки, защитнику нужно будет полагаться только на свой профессионализм и полную импровизацию. Главной задачей этих непредвиденных в уголовном или гражданском процессе это нахождение полного понимания уголовного адвоката и подзащитного, доверителя адвоката и его доверенного лица. Смешно выглядит когда адвокат и его подзащитный выступают с полным разночтением. На практике был случай, когда обвиняемый на рассмотрении уголовного дела, на заключительном этапе, в прениях просил у суда вынесения оправдательного приговора, увязывая свою полную непричастность к совершенному преступлению, а адвокат защитник просил суд не наказывать его подзащитного строго и по мере возможного приговорить к условному наказанию в связи с тем, что преступление, которое он совершил, не особо опасное для общества. В итого суд приговорил обвиняемого к реальному сроку наказания в виде лишения свободы.

Читайте также:  Может ли адвокат оформить дарственную на квартиру

Бурные прения, как правило, заканчиваются репликами.

Реплики это подведения к уже сказанному в прениях. Они по своему содержанию бывают очень коротки и убедительны в формулировках. Реплика, обычно направленная в сторону своего процессуального противника не должна быть оскорбительной. В своей судебной и заключительной реплике, адресованной в адрес суда, подводя итого выступлениям в прениях, адвокат своей убедительной просьбой просит суд обратить внимание именно на его представленные доказательства. Реплика не должна повторят сказанное в прениях и по возможности необходимо исключить всякого рода обиды и неприятно пожелания друг другу в завершении спора.

Выступление защитника в судебных прениях — важный этап защиты. В адвокатской практике существуют три основные защитительные позиции, которые обуславливают содержание, структуру и объем речи защитника. Они сводятся к просьбе:

— о смягчении наказания;

— о переквалификации деяния;

— об оправдании подсудимого.

Пункт 5 Стандарта устанавливает, что адвокат должен согласовать с подзащитным позицию по делу исходя из презумпции невиновности. То есть речь идет об одной позиции, но не о совокупности двух позиций. Если презумпция невиновности на стороне защиты, то адвокату нельзя соглашаться с виновностью подзащитного, когда подсудимый отрицает ее. Но если защитник сойдет с этой позиции, то он забывает благоприятную стороне защиты презумпцию невиновности и лишает себя одного из лучших своих доводов. Фактически в этом случае защитник помогает обвинению.

Исходя из адвокатской этики, адвокат при осуществлении защиты должен следовать одной позиции подсудимого, самостоятельно выбирая тактику и средства защиты. Защитительная речь должна состоять из опровержения доводов обвинения и подтверждения позиции защиты. Защитник при выборе позиции защиты связан той позицией, которую занял его подзащитный, даже если он и не соглашается с ней.

Последней просьбой защитник разрушает свою позицию, занятую ранее и согласованную с подзащитным.

Анализируя изложенное, считаем, что, допустив противоречия в своих выводах, защитник оставил своего подзащитного без защиты, поскольку высказал просьбу принять во внимание смягчающие обстоятельства, а значит, он фактически признал виновность своего подзащитного в совершении преступления, хотя подзащитный занимает позицию отрицания вины. Адвокат должен убедить подзащитного, чтобы создать ясность позиции защиты для участников другой стороны, для всех лиц, участвующих в судебном заседании, прежде всего для суда.

Четкая позиция адвоката помогает суду уяснить суть дела, позицию стороны защиты по делу. Следует согласиться с П. А. Лупинской, которая справедливо отмечает, что защитник должен четко определить свою позицию. Он не вправе выступать перед судом с альтернативными предложениями: оправдать подсудимого либо, если суд признает его все же виновным, изменить квалификацию обвинения или назначить минимальную меру наказания. Наличие таких альтернативных вариантов противоречит интересам защиты подсудимого, делает оба вывода малоубедительными для суда. Защитник должен сказать все, что можно привести в пользу подсудимого, но сделать только один вывод — тот, который он считает наиболее правильным по итогам судебного следствия и наиболее благоприятным для его подзащитного.

Читайте также:  Можете звать моего адвоката

Окончание защитительной речи адвоката не может идти вразрез с ее началом, иначе она подрывает всякое доверие к подсудимому. Такая архитектура речи, на наш взгляд, недопустима, поскольку малейшие сомнения в невиновности подсудимого утрачиваются с подачи стороны защиты. Иногда ясно, что факты и в самом деле навлекают на подзащитного сильные подозрения в причастности к преступлению. Но мысль недоговоренная порой сильнее мысли, выраженной прямо. Поэтому защитник не может в прениях утверждать, что не вполне убежден в невиновности подзащитного, и просить суд о снисхождении. Такое поведение адвоката является опрометчивым и непростительным.

Между тем альтернативная линия защиты встречается в судебной практике.

Из практики. Президиум Вологодского областного суда, проверяя доводы жалобы о несоответствии позиции адвоката К. в прениях сторон позиции самого осужденного, указал следующее. Как видно из показаний Д., он отрицал свою вину в разбойном нападении. Утверждал, что в ходе обоюдной драки с вооруженным ножом П. он также достал нож и, размахивая им в ходе самообороны, мог задеть потерпевшего по руке. Кроме того, нанес П. несколько ударов ногами и руками по телу. В протоколе судебного заседания речь адвоката К. действительно изложена противоречиво. Из протокола следует, что, поддержав позицию подзащитного в прениях, адвокат обратил внимание суда на отсутствие доказательств хищения и на непризнание подсудимым своей вины в причинении тяжкого вреда здоровью П., однако просил квалифицировать действия Д. по ч. 1 ст. 114 УК. Для разрешения указанных противоречий президиум заслушал адвоката К., который пояснил, что записанная в протоколе судебного заседания фраза о квалификации действий Д. по ч. 1 ст. 114 УК была предложена им как один из вариантов в случае, если суд отвергнет доводы защиты о невиновности Д. в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего. Данные адвокатом пояснения нашли подтверждение в материалах дела. Из протокола судебного заседания видно, что Д. против доводов адвоката не возражал. В кассационной жалобе на приговор, а впоследствии и в надзорной жалобе осужденный не только не указал на нарушение его права на защиту, но и просил квалифицировать его действия по ч. 1 ст. 111, ч. 1 ст. 158 УК, фактически признавая вину в причинении тяжкого вреда здоровью П. В суде второй инстанции адвокат К. поддержал изменившуюся позицию своего подзащитного. При указанных обстоятельствах президиум признал, что право осужденного Д. на защиту нарушено не было (постановление президиума Вологодского областного суда от 01.02.2016 № 44у-10).

Читайте также:
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...
Adblock
detector